Драгоценный человек

Наши гости

Лейсан Ситдикова

 Имя ювелира Ильгиза Фазулзянова известно не только в профессиональных кругах, широкой публике он стал известен после персональной выставке в музеях Московского Кремля. О нем пишут журналы Vogue и Forbes, снимает передачи канал “Культура”, он читает лекции в школе ювелирного искусства Van Cleef & Arpels в Париже и колледже Central Saint Martins в Лондоне. Почитатели его таланта не скупятся на эпитеты, среди которых производные от слова «гений» или, к примеру, - «Левша ХХI века» и «татарский Лалик». В 2011 году Ильгиз стал первым российским дизайнером-ювелиром, который не только принял участие в престижнейшем конкурсе International Jewellery Design Excellence Award, но ещё и получил Гран-при и повторил этот успех в следующем году. 
Ильгиз родился в Зеленодольске. В 1990 году, окончив Казанское художественное училище и получив диплом дизайнера-проектировщика, основал в Казани мастерскую по изготовлению витражей и росписи по шелку. В 1992 году открыл свою первую ювелирную мастерскую. Спустя несколько лет переехал в Москву. С 2012 года компания Ilgiz F. представлена в Париже, Женеве, Токио и Нью-Йорке. Сегодня он единственный в мире мастер, владеющий всеми традиционными и новаторскими техниками эмали. Ильгиз предпочитает ручную работу, которая больше отвечает его задачам создать из украшения живописное полотно — со сложными переходами цвета и полутонами. В каждом его изделии: кольцах, подвесках или серьгах, - кусочек дышащего мира. Присмотревшись, можно услышать шелест листьев и ощутить рост цветов, хотя на деле – перед вами всего лишь металл и камни. В беседе с нашим корреспондентом Ильгиз рассказал о творческом становлении и любимых темах в искусстве. 
- В одном из интервью вы как-то сказали: «стараюсь держаться подальше от Казани». И действительно, вас не видно на татарских светских вечеринках или Днях Татарстана в Москве. Это связано с невероятной занятостью или принципиальная позиция? 
 - Я не могу сказать, что это моя принципиальная позиция. Просто за все время моего творчества, из Казани (Татарстана) пока не было ни одного предложения выставок или мероприятий. Я надеюсь, что в будущем это обязательно случится.
- Тем не менее именно в Казани, в Татарстане вы сформировались как ювелир. Причем первые ваши работы были выполнены в национальном татарском стиле с опорой на булгарские традиции. Они пользовались невероятной популярностью среди участников I Конгресса татар. В дальнейшем вы победили на Международном исламском фестивале художественных ремёсел в Исламабаде. Среди представленных работ были оклад корана, хаситэ и другие ювелирные украшения с характерными деталями исламского и, в частности, татарского декоративно-прикладного искусства. Чем вас так увлекла и вдохновила татарская тема? 
 - Для начала, нужно сказать, что в группу, куда я случайно попал, набирали именно для «изучения и восстановления булгарских мотивов в ювелирных изделиях поволжских татар». Правда странно, что для этого нас отправили в кишлак под Душанбе. К сожалению, из-за политической ситуации мое ювелирное образование не продлилось более двух месяцев, но фундамент был заложен. Я научился делать скань и зернь, основные техники, которые я уже самостоятельно развил, будучи в Казани. Позже я начал общаться с татарскими организациями, музеями и фондом «Туран», где активно поддерживалась татарская национальная тема. 
 - Вы рассказывали о том, что вашим первым изделием были серьги, выполненные в национальном татарском стиле в технике ажурной скани. Какова их судьба и судьба других изделий казанского периода? С какими чувствами вспоминаете то время, когда ютились в сауне Татарского национального центра, которую вам позволили переделать под мастерскую? 
 - Весь свой казанский период я вспоминаю с большой благодарностью к каждому, кто помог мне в становлении, в обретении своего пути и формировании мотивации на всю дальнейшую творческую жизнь. Что касается работ, самые первые серьги висят у меня сейчас в мастерской. Многие работы являются собственностью НКЦ «Казань», фонда «Туран» и музея изобразительного искусства РТ. Остальное у клиентов и в частных коллекциях.
 - Нет ли желания сейчас вернуться к старинной ювелирной технике казанско-татарских мастеров? Или к национальной орнаменталистике? 
- Мне вообще не свойственно возвращаться к уже использованным идеям, мотивам, техникам. Мне нравится поиск и движение вперед! И даже если мы говорим о восточной орнаменталистике, то все равно это уже совершенно другое исполнение. Более современное, новое, синтезированное из огромного моего опыта изготовления ювелирных изделий. Но «школа», заложенная изначально, очень влияет на мой почерк в работах и он читается во всех моих произведениях.
 - Кого вы можете назвать своими учителями? Кто преподал вам азы ювелирного дела? Как вы стали мастером?
- Наверно для современной молодежи это будет звучать довольно дико, но я действительно прошел все свое обучения методом проб и ошибок. У меня практически не было книг, учителей (в Казани не было ни одного учебного заведения по художественной обработке металла, разве что кузнечное дело), ну и интернета конечно никакого не было. Мне повезло посетить запасники музеев Казани и Москвы, где хранились действительно ювелирные шедевры прошедшего времени. Примерно с этого времени я начал собирать ювелирную литературу, сейчас у меня довольно внушительная библиотека лучших книг обо всем, что может заинтересовать художника-ювелира. С 1997 года я начал регулярно ездить Европу и посещать музеи. Я считаю, что насмотренность также важный аспект роста мастера.
- Как вы приняли решение о переезде в Москву? Что послужило причиной? Вам стала тесна Казань как художнику и бизнесмену?
 - К 2003 году основная база клиентов у меня уже сосредоточилась в Москве. К тому же здание в Кремле, где располагалась моя мастерская, после переезда из НКЦ, начали реконструировать. Таким образом, череда событий привела нас с женой Диной к идее поменять город.
- Ильгиз, как произошла эволюция вашего стиля, почему увлеклись Ар Нуво и Ар Деко, и что подтолкнуло к этому: поездки, знакомство с работами других ювелиров?.. 
 - Я думаю, и мой опыт подтверждает это, что увлечение стилями Ар Нуво и Ар Деко - это обязательный этап в развитии каждого художника-ювелира. К тому же, в этих стилях, как и во всем ювелирном искусстве, нет предела фантазии и воплощения ее в свои работы. Ну и, безусловно, такие имена, как Лалик, Фуке, Фализ, Картье не могли не повлиять на меня в процессе поиска своего почерка.
- Четыре года назад в Выставочном зале Успенской звонницы Московского Кремля прошла ваша персональная выставка «Драгоценности, вдохновленные природой. Ильгиз Ф.». Среди работ была выставлена подвеска "Снегири", серьги и кольцо "Бабочки", за которые вы были удостоены двух высших наград Международного конкурса International Jewellery Design Excellence Award в Гонконге. Как изменилась ваша профессиональная жизнь после выставки? 
- Безусловно, признание твоего творчества - это сильнейший эмоциональный момент в жизни каждого художника. Для меня первая победа была полной неожиданностью, но придала мне азарт в поиске новой идеи для победы на следующем конкурсе. В целом же хочу сказать, что все победы в конкурсах – это для меня мощнейшая мотивация для следующих шедевров.
Что касается выставки, конечно, это важнейший этап в моей жизни. Такая выставка - это повышение статуса как мастера. Это международное признание. Однако для меня это был еще и повод не расслабляться. Идти вперед, искать новые идеи и возможности.
- Вы владеете разнообразными техниками горячей ювелирной эмали. На выставке в Кремле, в частности, были представлены уникальные циферблаты в технике эмали для часов швейцарской компании Bovet 1822. Как возникла эта коллаборация? Почему за оформлением циферблатов обратились именно к вам? 
 - Я вообще фаталист и считаю, что в нашей жизни многие вещи предопределены. Ну уж судьбоносные встречи точно. Так и с часовым домом Bovet. Все сошлось в правильном месте и в правильное время. До этого мы уже искали часовой дом для возможного создания совместной коллекции. Но безуспешно. И вот на одной из выставок в Цюрихе мы познакомились с владельцем, который практически сразу сделал заказ. Причем идеи всех циферблатов я делал на свое усмотрение и с возможностью подписывать циферблаты своим именем. Договоренности были лишь о количестве женских и мужских моделей. Думаю, часовое искусство будет развиваться за счет декоративных элементов, дизайна. Все технологическое в нем уже придумано: репетиры, турбийоны, микроскопические механизмы... А вот оформительство находится на детском уровне.
- Что сейчас происходит в ювелирной отрасли России? Такое ощущение, что после Фаберже – выжженное поле. Нет имен, которые гремели бы на всю страну. В чем причина? 
- На самом деле есть. И имена, и таланты. Просто у нас довольно сложное законодательство для ведения деятельности с драгметаллами и драгкамнями. Отсюда невозможность выставляться по миру и «зарабатывать имя». Нет культуры персональных ювелирных выставок, нет культуры закупок музеями работ у мастеров, нет госзаказов. Часть вопросов я пытаюсь помогать решать, особенно молодежи. Но один в поле не воин. Конечно, должна быть поддержка на государственном уровне.
- Недавно вы открыли именную галерею современного ювелирного искусства. В том числе и с образовательной целью. Удалось ли вам открыть широкой публике новые имена, увеличить круг фанатов и любителей ювелирного искусства? 
- Мы открыли галерею в 2017 году благодаря приобретению музеями Московского Кремля коллекции моих работ и эскизов. С тех пор раз в год мы обязательно проводим выставку ювелиров и скульпторов. И за этот период мы открыли более тридцати новых имен московской публике. Проводим лекции на различные темы, связанные с искусством.
- Сколько сегодня человек работают в вашей мастерской. Кто они? По какому принципу формировали команду? 
- Ох, сложный вопрос. Сейчас у меня 18 человек вместе с администрацией. Мои ребята - это мои дополнительные глаза и руки. Каждый пришел ко мне своим путем. И сейчас у меня отличная команда, и я горжусь ребятами. 
- Сегодня вы создаете штучные ювелирные изделия, которые доступны лишь для единиц. Не было ли у вас желания создать массовое производство, чтобы порадовать своих поклонников, не имеющих достаточных средств, чтобы приобретать и носить ваши украшения? 
- Давайте начнем с того, что в принципе ювелирное изделие – всегда было дорогим. Позволить его могли не многие. Наличие же золотого или серебряного украшения всегда указывало на статус человека. Тенденция доступности пришла к нам из второй половины двадцатого века (спасибо Tiffany). Но и благодаря техническому прогрессу. Теперь не нужно тратить долгие месяцы на изготовление одной работы. Что касается меня, я слышу такие просьбы и есть идея создать команду, которая будет делать бюджетные работы. Сейчас все в процессе. Надеюсь порадовать вас в ближайшее время.
- Что вообще сейчас модно, а что – страшный моветон? В отличие от прежних времен, мода нынешнего десятилетия проявляет очевидную склонность к минимализму. Как это сказывается на политике вашего бренда? 
- Сейчас довольно сложно определить моду на ювелирные украшения. Допустимо если не все, то очень многое. Бриллиантами с утра уже никого не удивишь. К счастью, мне не нужно отслеживать тенденции. Я просто создаю то, что считаю нужным, то, что чувствую. И слава Богу, постоянно встречаются почитатели, что с удовольствием приобретают и пополняют свои коллекции моими работами.
 - Вы в индустрии с 92 года. Это очень большой срок. Знакомо ли вам чувство профессионального выгорания? Бывают ли дни, когда нет желания брать в руки инструменты. Если да, как отдыхаете? Удается ли выбраться на родину в Зеленодольск или Казань? 
- Конечно, как у всякого человека, тем более художника, у меня бывают моменты сомнений и некоторой усталости. Мне помогает работа в своем саду. Мои цветы. Иногда поездки, в том числе в Казань. Моя семья, которая всегда рядом.
- Какие ювелирные изделия вы носите сами и дарите близким? 
- Я крайне редко пользуюсь ювелирными изделиями, разве что подвеска в виде амулета. Жене дарю вещи специальные, по настроению и поводу. В основном, коллекционные. Она умеет замечательно носить даже самые сложные мои работы. 
- Ильгиз, поддерживаете ли вы в семье татарские традиции? Ощущаете ли себя частью татарского мира? 
 - С годами я понимаю, что корни - это важно и от них никуда не деться. Наши сыновья чувствуют себя татарами. Мы готовим порой национальные блюда. Говорим с женой на татарском. Очень удобно, знаете ли, иногда в Москве переходить на татарский язык. Если слышим об интересных постановках в Москве - бываем и в театре.

© 2023 by TheHours. Proudly created with Wix.com

Адрес редакции: 115184, Москва, М. Татарский пер., д. 8
Телефон: (495) 951-16-94
E-mail: tatar.mir@yandex.ru