В стране восходящего солнца

Время и события

Рафаэль Адутов

Об авторе

Адутов Рафаэль Масгутович родился в Бардымском районе Пермского края в 1948 г. Учился в Казанском педагогическом институте. С 1971 г. по настоящее время проживает в Набережных Челнах. В 1971-1990 гг. - преподаватель средней школы. В 1989-1993 гг. - советник председателя международного отдела Мусульманских организаций СССР, СНГ, России,1992-1996 гг. председатель городского отделения общества "Ватан" (Родина) по связям с соотечественниками, проживающими за рубежом. Многократно посещал Турцию, Китай, Японию. В 2004-2007 гг. - член комитета международных отношений Всемирного Конгресса татар, с 2004 по настоящее время - член Комитета межрегиональных связей Всемирного Курултая башкир. Автор монографий "Татаро-башкирская эмиграция в Японии" (два издания) и "Дети Удигутов" (в рукописи), ряда публикаций.




Япония, в течение столетий закрытая для иностранцев, лишь в конце 19 века вынужденно – после бомбардировок ряда ее портов пушками американских дредноутов – открыла свои границы. Японцы, в основной своей массе никогда не видевшие иностранцев, удивлялись высоким по сравнению с ними татарам и башкирам, их необычному внешнему виду, поведению.

Всеобщее изумление вызывали одетые в халаты коробейники из Поволжья и Урала, на велосипедах въезжавшие на улицы японских деревень и тотчас окружаемые толпой ее жителей.

О количестве татар и башкир в Японии в различных источниках указываются разные данные. Так, например, в «Информации Квантунского жандармского управления о современном состоянии тюрко-татарского национального движения» (23.03.1935) считается, что в Японии их имеется около 2000 человек.  Профессор К.Ивао  (университет Хансей, Япония), ссылаясь на участников круглого стола, организованного профессором М.Тахиром  (22.05.1981г., гор. Анкара, Турция), приводит данные о численности  тюрко-татар  от 600 человек  (по свидетельству Ф. Кильки) до 1000 человек (по свидетельству А.Апаная).

В то же время представитель культурной ассоциации «Идель-Урал» считал, что количество татар в Японии в 1930-е годы могло достигать 10000 человек. Очевидно, исходя из этих противоречивых данных, президент тюркской общины  Токио г-н Т. Мухит считает, что в Японии количество мусульман из России в 1920-х годах составляло около 400 человек, а в 1930-е годы увеличилось до 5-6 тысяч.

По свидетельству проф. А.Матсунага  из Фонда Sasakawa (Токио) тюрко-татарские общины сформировались в городах Токио, Кобе, Кумамото. А в самом деле, мусульмане из Поволжья и Приуралья в том или ином количестве проживают на всех, без исключения, японских островах: от острова Хоккайдо на севере - до острова Окинава на юге.

Небольшие колонии  (недостаточные для организации общин)  были и в городах Камакура, Кумамото, Ивамотоко, Кавасаки и др.

Буквально крупицами собираемая информация  постепенно становится известной широкой общественности. В том числе наименования  эмигрантских организаций,  имена лидеров и их труды. Особое место среди которых  занимает общество «Исламия», созданное в 1924 году и действия которого распространялись на весь Дальний Восток. Получение  прав юридического лица, зарегистрированного органами государственной власти Японии, давало лидерам общества  возможность официального обращения в государственные учреждения. Обществу «Исламия» оказывалось  высокое покровительство многих государственных и общественных деятелей Японии. В связи с этим необходимо отметить особую роль   старейшины японской нации г-на Мицуру Тоояма.

Говорить о последнем представителе общины или подводить финальный рубеж долгой истории – занятие грустное, но необходимое. Если не вдаваться в неизбежную сентиментальность, задачей историка является и фиксация наследия, уходящих примет, редких источников, поиск которых в дальнейшем будет существенно затруднен. Благодаря многолетнему исследовательскому труду мне удалось реконструировать целые пласты истории эмиграции мусульман Урало-Поволжья в Японии. Впервые оказавшись в Токио в 1977 году, я застал еще первое поколение эмигрантов, сумел собрать уникальный архивный и фотоматериал. Поездки в Японию продолжились в течение нескольких десятилетий. Для расширения источниковой базы неоднократно приходилось посещать Турцию и Китай. Результатом долгих поисков стали статьи и книга «Татаро-башкирская эмиграция в Японии», выдержавшая уже два издания. Без этой книги представить себе странствия нашего народа в XX веке в Тихоокеанском регионе уже невозможно.

Важное имя в истории этой эмиграции – имам-хатыб Токийской мечети, основанной нашими соотечественниками, Гайнан Мухамет Сафа (1898-1984). Уроженец деревни Ләмте Красноуфимского уезда Пермской губернии (нынешнего Ачитского района Свердловской области) он, примкнув во время гражданской войны к белому движению, ушел вместе с известным башкирским политическим деятелем М. Курбангалиевым в Китай. Впоследствии перебрался в Японию. С 1933 года по 1967 гг. Гайнан Сафа являлся муэдзином Токийской мечети, а с 1967 года – имам-хатыбом и лидером мусульманской общины «Исламия» столицы Японии. Умер Гайнан Сафа в январе 1984 года, а его родная мечеть, основанная эмигрантами из России, ненадолго пережила старого имама. В 1986 году в ходе землетрясения она разрушилась. Новая мечеть, построенная на её месте, стала принадлежать турецкой общине. Потомки татар и башкир, некогда прибывшие из России через Харбин и иные города Дальнего Востока, ныне почти растворились в японских мегаполисах.

Лидерами общества «Исламия(т)» Японии последовательно были 1.Мухаммад Абдельхай Курбангали (1924-1938); секретарь – Ахмет Вахап

2. Ахмет Вахап; секретарь – Т. Мухит;

3.Анвар Апанай; секретарь Р. Вахап

4.Тамимдар Мухит; секретарь Г. Халиулла.

Выше было указано, что наибольшее количество татар и башкир проживало в Токио, Йокогаме, Осаке, Кобе, Киото, Нагое. В каждом из них действовало отделение махалли «Исламия(т)» («Исламия Токио», «Исламия Кобе» и т.д.).

Среди отделений общества наиболее активным являлось отделение «Исламия Токио», официальное учреждение которого состоялось в 1924 году. Имамами отделения «Исламия Токио» поочередно были: М. Абдельхай Курбангали (1924-1938); Абдулрашид Ибрагим кади (1938-1944); Мухамметамин Ислами (1944-1951); Шарифулла Мифтахетдин (1951-1967) и Гайнан Сафа (1967-1984).

После отъезда Мухамметамина Ислами в Египет старшим имамом стал Шарифулла Мифтахетдин, бывший в 1924-1951 гг. заместителем имама Токийской мечети. Он являлся ближайшим сподвижником М.Г. Курбангали - до землетрясения 1923 г., во время которого у него погибла семья (жена и дочь), жившие в Йокогаме. Переехав в Токио Шарифулла женился на Раузе Мухит, родной сестре господина Тамимдара Мухита. Здесь мы можем также добавить, что во время этого же землетрясения погибла семья (отец, мать, жена, дочь) и хаджи Ахмета Вахапа – лидера общества «Исламия(т)» Японии в 1946-50гг., эмигрировавшего в Китай из Агрыза в 1918 году.

С 1933 по январь 1967 года обязанности муэдзина исполнял Гайнан Сафа, ставший имамом после смерти Ш. Мифтахетдина в 1967 году. Обязанности имама Г. Сафа исполнял до самой смерти в 1984 году. После него имамов из Поволжья и Урала в руководстве обществом «Исламия(т)» больше уже не было.

Мне довелось встретиться с ним летом 1977 года в мечети «Исламият Токио». Был поздний вечер и в темноте, помню, мы с господином Тамимдаром Мухитом (лидер тюркской общины Токио, позже он был президентом Исламского центра Японии) шли к зданию мечети. В ее молитвенном зале находился седой бабай, потом я разглядел, что он слепой. «Гайнан абый, Казаннан кунагыбыз бар» (дядя Гайнан, у нас гость из Казани)”, - сказал Тамимдар эфенде и вложил его руки в мои. Гайнан абый спросил: «Казан торамы, улым?» (сынок, Казань ещё на месте?) и услышав в ответ: «Тора, бабай» (на месте, бабай), - обняв меня, долго плакал: у меня тогда рубашка до пояса была мокрой от его слез…

Знаю, что он родом из исторической Северной Башкирии, и поэтому публикации о Гайнане Сафе есть в Уфе - доктора исторических наук Айслу Билаловны Юнусовой. Старший сын имама Дайнан эфенде был имамом эмигрантской общины в Сан-Франциско (ставший им после смерти моего родственника Лаиш-Тайсина), а его младший сын Рамазан жил в здании школы «Исламият Токио» - в пристройке с входом с улицы.

Еще одна деталь. Акчура – ведь известная фамилия, а я виделся со многими представителями первой волны эмиграции соотечественников: к сожалению, они, как правило, не называли тогда своих имен… У меня есть все фотографии надгробных камней на кладбище эмигрантов Тама Рэйэн в пригороде Токио. Ко мне поступает много писем от потомков белоэмигрантов: Агафур, Минай, Апанай - только на днях был обмен сообщениями с представителями Курбангали, но от семьи Акчура пока ничего не было. Мне лишь известно, что наш выдающийся кардиохирург Ренат Сулейманович Акчурин был знаком с господином Т. Мухит - лидером Тюркского общества Японии. Но встретиться с ним и по душам беседовать о судьбе многих представителей этого рода, к моему большому сожалению, до сих пор удавалось…

г. Набережные Челны

© 2023 by TheHours. Proudly created with Wix.com

Адрес редакции: 115184, Москва, М. Татарский пер., д. 8
Телефон: (495) 951-16-94
E-mail: tatar.mir@yandex.ru