Джалиль в Оренбурге

Наше наследие

Лирон Хамидуллин

В первой части повествования (Татарский мир, 2019, № 8) я рассказывал о периоде жизни поэта, проведенном им в Орске. В конце лета 1926 г. Муса Джалиль вернулся в Оренбург и продолжил работу в губернском отделе комсомола. А уезжал из Оренбурга после окончания Института народного образования в конце лета 1922 года.

В 1985 году, когда я приехал в Оренбург, здесь жила его младшая сестрёнка Хадича. В этом городе в те годы жили такие известные люди, как краевед Мадина Рахимкулова, бывшие сотрудники издававшейся до войны на татарском языке газеты «Коммунист» Сабит ага Якупов, Фатих Киргизбаев, Мидхат Пономарёв, директор бывшей 10-й татарской школы Якуб ага Шабакаев, заведующая национальной библиотекой Назия Мухсинова, руководители национально-культурного движения, активный участник Гражданской войны на юге Урала Фатих ага Султанов, инженер крупного завода Зиннур Шакиров. Они же были и организаторами торжественных собраний и вечеров, посвящённых юбилеям Дэрдменда, Ризы Фахретдина, Габдуллы Тукая, Шарифа Камала, Хади Такташа, Салиха Сайдашева и др. Им в этом деле помогали артисты «театральной бригады». Оренбургский татарский театр, организованный в 1915 г., не прерывал свою деятельность даже в военные годы.

В этом городе жил и журналист Владимир Альтов, издавший в 1969 году книгу «Юность Мусы Джалиля». А в 1981 году он издал в Челябинском издательстве трёхтомник из произведений поэта на русском языке.

Будущий поэт впервые приехал в Оренбург в шестилетнем возрасте. Его отца - Мустафу Залилова с семьёй позвал сюда свояк Хаммат Сайфутдинов. «Трудно, наверное, прокормить восемь ртов на трёх подушных наделах. С торговым делом ты знаком, может в городе тебе повезёт», – сказал он тогда ему. А в городе Хаммат начинал работать простым плотником. Хусаиновы тепло относились к Хаммату, он был одним из мастеров-прорабов строительства трёхэтажного здания «Хусаинии», мечети, дома имама, двухэтажного дома, возведенного для служащих и преподавателей медресе. И когда он собрался переводить свояка в город, его семье выделили отдельное жилье в доме служащих медресе. Мустафу Залилова приняли тогда в штат хозяйственных работников медресе по просьбе Хаммата.

«В Оренбурге мы сначала жили… во дворе «Хусаинии», – пишет старший брат поэта Ибрагим. Таким образом, Муса ещё до того, как стал учиться в медресе, начал общаться с его учителями. Позже Хаммат и его жена Ракия ещё раз протянули руку помощи семье Мусы. В 1926–1927 годах, когда Муса забрал к себе из Мустафино маму и сестрёнку Хадичу, они более года прожили в малом доме усадьбы младшей сестры Рахимы в Зауральной роще. Период жизни Мусы в Оренбурге в Зауральской роще упоминается во многих воспоминаниях современников. Имя дочери Хаммата и Ракии - Марьям Сайфутдиновой часто встречается в воспоминаниях, связанных с оренбургским периодом жизни Мусы. А вот их сына, молодого учителя медресе «Хусаиния», преподавателя арабского языка Амиржана-хаджи Сайфутдинова комсомольцы того времени почему-то «забывают» упомянуть. Очевидно, что эти воспоминания написаны не в те годы, когда можно было упоминать человека, получившего образование в восточных странах и вернувшегося оттуда, совершив хадж. Лишь Гази-ага Кашшаф в своей книге, посвященной М.Джалилю, назвал его «живой энциклопедией».

Эти люди, а также долгие годы преподававший в Казанском педагогическом институте Тагир Курбанов были двоюродными поэта по материнской линии. А есть ли кто-то со стороны отца? В первую очередь, конечно, надо назвать народного артиста СССР Халиля Абжалилова. Т. Курбанов в книге «Кызыл чәчәкләр” вспоминает обстоятельства приезда известного артиста в село и организации совместно с Мусой детского театра: «Муса… сначала опирался на помощь своего брата Халиля. Ведь их отцы из одного рода – рода деда Абджалиля», - пишет Тагир ага. Известный артист до 1928 года носил фамилию Джалилов. Тагир Курбанов вспоминал, что когда Муса с семьёй вернувшись из Москвы в Казань, жил в доме № 4 по улице Н. Ершова (напротив парка отдыха), он иногда встречал их там вместе.

В 1985 году в Оренбурге мне довелось встретиться с некоторыми людьми, близко общавшимися с поэтом. Сын Фатиха Султанова, бывшего в 1920-е годы представителем по делам национальностей исполнительного комитета РСФСР при Оренбургском губернском исполнительном комитете, подарил фото. На фотографии, снятой в апреле 1927 года, Муса и Фатих стоят рядом…

Воспоминания учительницы Гульсум Хусаиновой, в молодости близко общавшейся с поэтами Ченакаем, Бабичем, Джалилем, были ранее включены в книгу воспоминаний, посвященную Мусе Джалилю. По её словам, они опубликованы в очень сокращённом виде. Она была очень недовольна тем, что интересные отношения Мусы к старшему товарищу по перу Тухфату Ченакаю были вычеркнуты в тех воспоминаниях.

А Майшакар апа Юсупова, долгие годы проработавшая в партийных органах Оренбургской области, была недовольна тем, что её совсем не приглашали составители этих книг воспоминаний. Она является родной сестрой известного журналиста края Загида Шарки-Юсупова, была знакома с будущим поэтом с юношеских лет. «Он же бывал у нас и дома, и в редакциях газет мы иногда встречались», - говорила она. Да, Муса и Загид Юсупов учились в медресе «Хусаиния» в одно время, но в разных группах. Загид был на три-четыре года старше его.

Загид Шарки-Юсупов был родом из села Зубочи, находящегося примерно в семидесяти километрах от Оренбурга, на берегу Урала-реки. Значит, приходится односельчанином Кабиру Бакиру, известному журналисту периода Г.Тукая, С.Рамиева. Загид, начиная с 1914-1915 гг., одновременно с обучением в «Хусаинии» освоил в типографии Рамиевых «Вакыт» («Время») ремесло наборщика и корректора. Его называют учеником Шарифа Камала, который тоже работал корректором в типографии «Вакыт». Тауфик-ага Сабитов, другая «живая энциклопедия» этого края, говорил, что Шарифа Камала Рамиевы специально сюда пригласили как корректора, после отказа Тукая приехать в Оренбург для работы при их издательстве.

В одно и то же время с Загидом Юсуповым в типографии «Вакыт» работал и брат Мусы Ибрагим. Значит, они встречались раньше не только в медресе, но и в этой типографии. Вероятно, и глубокое уважение Мусы к Шарифу Камалу тоже зародилось в те годы. И к Дэрдменду питал он глубокое почтение. Как отмечал писатель Махмуд Максуд, стихи начального периода творчества Мусы написаны под влиянием Дэрдменда.

Загид Юсупов в феврале–июне 1918 года был редактором газеты «Оренбург мөхбире» («Оренбургский корреспондент»). Эта версия подтверждается и в документальной повести Шамиля Усманова «Легион юлы» («Путь легиона»). В начале июля город завоевали войска Дутова. В январе 1919 года город снова был взят большевиками, снова стали публиковаться газеты, поддерживающие советскую власть. Загид, получивший тяжёлую контузию в ходе одного из боев за освобождение города, выздоровев, снова взялся за своё дело. Поначалу на него были возложены обязанности по изданию газеты «Башкортостан хәбәрләре» («Новости Башкортостана»). После перевода этой газеты в Стерлитамак, он стал работать в газете «Юксыллар сүзе» («Голос бедноты»). А когда из Оренбурга уехал основатель газеты Афзал Тагиров, стал редактором. В те же годы Хади Такташ был секретарём этой газеты. После закрытия «Голоса бедноты», бывшей в ведении Оренбургского губернского исполнительного комитета, Казахстанский областной комитет РКП(б) доверил Загиду издание газет «Юл» («Путь»), затем «Сабан» («Плуг»)…

Как-то в одном разговоре Наби-ага Даули говорил: «Он меня, тогдашнего шахтера, взял на работу в газету, вывел в люди». Вновь вернувшись в Москву, в начале 1933 года Загид был назначен заместителем редактора издававшейся на татарском языке газеты «Коммунист». Как считают С. Якупов, М. Юсупова и дочь Загида (она жила в подмосковном городе Долгопрудный), Загид Шарки-Юсупов всю жизнь был благожелателен к Мусе, размещал его произведения и самого брал на работу, когда была такая для Мусы необходимость. Сохранился документ, подтверждающий, что летом 1924 года Муса работал в газете «Юл». И в газету «Коммунист» его позвал земляк. После закрытия «Коммуниста» Загид два года учился в Институте красной профессуры, после окончания которого в 1937 году был направлен на работу в отдел национальных литератур «Литературной газеты». Позже в Уфе он некоторое время работал в Институте языка и литературы. Умер он весной 1961 году.

Пусть читатель простит, что я довольно долго остановился на биографии этой личности. Пожалуй, всем понятно, что его трудовой путь был тесно переплетён с довоенной биографией Мусы Джалиля.

В Оренбурге собраны лишь редкие экземпляры газет-журналов, издававшихся в те годы. Большая их часть в настоящее время должна быть в государственном архиве города Кзыл-Орда. В печати есть сообщения о том архиве, перевезённом после 1925 года из Оренбурга в новую столицу Казахстана.

В Оренбурге и позже, в 1935–1940 годы, издавалась газета «Коммунист» на татарском языке. Поэт и журналист Ф. Киргизбаев, заведовавший там отделом, сообщает, что «в одном из номеров «Коммуниста», посвящённом Ленину, были использованы стихи и переводы стихов, присланные Мусой Джалилем и Фатихом Каримом». Известный казанский журналист Шамси Хамматов изучал номера оренбургского «Коммуниста», сохранившиеся в архиве областного комитета КПСС. После возвращения из Оренбурга он говорил мне: «Поездка была удачной. Там есть интересные находки». Но, кажется, не успел сообщить об этом на страницах печати.

В автобиографии Муса Джалиль указывает, что начал писать стихи с 1916 года. Значит, его подростковые записи могли попасть в архивы некоторых редакций, не будучи опубликованными. А кто возьмётся утверждать, что в тех газетах нет произведений либо работ иного вида, принадлежащих жившим в те годы в Оренбурге и творившим здесь Дэрдменду, Фатиху Карими, Шарифу Камалу, Махмуду Галяу, Хади Такташу, Шаехзаде Бабичу, Афзалу Тагирову? Шамиль Усманов сообщает, что в 1919 году написал в Оренбурге две пьесы. И у Шарки-Юсупова в те годы четыре пьесы были поставлены на сцене оренбургского «Восточного театра». Вроде известны и названия пьес Мусы, поставленных в Казани, Оренбурге и Уфе. Шамси Хамматов внёс большой вклад в изучение жизни и творчества Мусы Джалиля, издал несколько книг. Им была опубликована и одна объёмная статья, посвящённая драматическим произведениям Мусы, историям постановок некоторых из них. Есть вероятность, что и в его архиве сохранились значимые документы, интересные воспоминания.

Пожалуй, пришла уже пора ознакомиться и с архивом Габдерахмана Шафи Алмаса, имя которого в прежние годы даже упоминать было нельзя. Сбежавший из Казанской тюрьмы Г. Баттал вспоминает, что встречался с ним в 1921 году в Москве. Шафи после Второй мировой войны уехал с семьёй из Берлина, то ли в Женеву или в Турцию, скончался в 1954 году. Его жена Амина и три дочери остались жить там. Возможно, они ещё помнят и поэта. И наверняка у них сохранились и кое-какие записи, а может быть даже какое-то количество стихов Мусы Джалиля. В Оренбурге с Хадичой Джалиловой мы говорили и об этом.

Возможно, в 1917-1925 гг. стихи Мусы печатались в газетах Оренбурга. В областном архиве эти газеты почти не сохранились. Их надо искать в архиве Кызыл Орды. Все они ценны, как зеркало, отражающее то сложное время, тот период, когда наша общественная жизнь сделала крутой поворот. Среди них могут быть и очень зрелые, но не подходящие по содержанию для тридцатых годов — периода различных гонений и репрессий за инакомыслие, и потому не упомянутые Мусой в биографических данных тех лет.

Не мешало бы взглянуть и на казахские печатные издания, в те годы публиковавшиеся в Оренбурге. Ведь много писали о том, что Муса хорошо владел казахским языком. Достаточно доказательств и тому, что он был в дружеских отношениях с казахскими писателями своего времени. Скажем, будущий Герой Социалистического Труда Габит Мусрепов и Муса женились на татарских девушках из одного подмосковного поселка Загорянка. В одно время с Мусой в Оренбурге работали Сакен Сейфуллин, ученик Галимджана Ибрагимова Беимбет Майлин, Мухтар Ауэзов . На рабфаке, образовавшемся на основе медресе «Хусаиния», учились Сабит Муканов, Габиден Мустафин, Габит Мусрепов. И другие наши аксакалы в те годы очень тесно общались с казахскими коллегами по перу. Даже если в казахской печати того времени и не было их собственных произведений, там могли быть размещены интересные сведения о них. Издававшаяся в Оренбурге татарская и казахская периодика, печатавшиеся книги почти все выходили в свет из бывшей типографии Рамиевых «Вакыт». Наверное, богатый архив этой типографии тоже оказался в Кызыл-Орде...

© 2023 by TheHours. Proudly created with Wix.com

Адрес редакции: 115184, Москва, М. Татарский пер., д. 8
Телефон: (495) 951-16-94
E-mail: tatar.mir@yandex.ru