Нужны узнаваемые личности…

Актуальные размышления

Недавние выборы председателя Союза писателей Татарстана, вручение наград лауреатам Тукаевской премии вновь заставляют говорить о состоянии национальной литературы в республике. Главный редактор  журнала «Казан утлары» Рустем Галиуллин — один из самых перспективных татарских писателей и менеджеров. Работу молодого, но уже опытного главного редактора ценят и уважают совершенно разные по взглядам на жизнь и литературу люди.

— Рустем,  скептики считают, что татарская литература — это уже давно такой междусобойчик: сами пишут, сами читают, сами раздают друг другу награды…

— Да, часто приходится слышать вопрос: кто такие татарские писатели, кто их читает? Но, как показывает практика, в большинстве случаев такие вопросы задают те, кто не читает татарскую литературу. Могу ответить на примере нашего главного литературного журнала. У «Казан утлары» средний тираж — 7,5–8 тысяч экземпляров. Это один из самых больших тиражей среди журналов в России.

— Среди толстых литературных журналов?

— Да, среди литературных. Тираж журнала «Наш современник» раньше был большой, лет 10 назад — более 10 тысяч экземпляров, сейчас меньше, «Дружба народов», например, выходит тиражом около 2 тысяч… Вы говорите, что писатели сами пишут, сами читают. А я приведу пример, как востребована татарская литература и татарская книга. В этом году мы организовали серию «Библиотека журнала „Казан утлары“. Это не что-то новое, помните, раньше была такая серия у журнала «Огонек». За три месяца выпустили три книги из серии в мягком переплете. Тираж каждой книги — 2 тысячи экземпляров. Мы взяли самые популярные произведения из нашего журнала, например, повесть Набиры Гиматдиновой «Уйламаган көнем юк».  2-тысячный тираж первой книги был распродан за две-три недели. И сегодня спрашивают еще, но мы дополнительно выпускать не будем, хотим опубликовать как можно больше авторов.

Что интересно, существенную часть тиража продали через оптовиков, через районные редакции, среди покупателей есть даже немало людей, которые не знают о существовании «Казан утлары», то есть совсем не наша аудитория. Очень сильную информационную поддержку и помощь в системе продаж нам оказала директор по социальным медиа Алсу Исмагилова и ее команда, можно сказать, с каждого столба говорилось, что «Казан утлары» выпускает такую серию книг современных авторов о сегодняшней жизни. Оказывается, не только сарафанное радио, еще и целенаправленная маркетинговая кампания нужна для достижения цели.

На сегодняшний день увидели свет также детективная повесть Марата Кабирова «Киллер», повесть «Никах» Хисамутдина Исмагилова. Исмагилов, проживающий в Башкортостане, в своем произведении повествует нам об участии и о дальнейшей судьбе участника афганской войны. Эта книга тоже очень понравилась читателям, уверен, также будет распродана за кратчайшие сроки…

— То есть всего-то нужно было — издать современных татарских авторов по самой доступной для читателя цене.

— Да, дешевый вариант, себестоимость 60–70 рублей. Оптовики же продают по 100–150 рублей за экземпляр, спрос есть. Во всем мире «карманные» книги востребованы. Они и удобные, можно положить в карман, шрифт большой, удобно читать в поезде, метро и других поездках.

— Значит, в Татарстане с писателями дело обстоит хорошо?

— На самом деле не все гладко у нас в литературном процессе. Не междусобойчик, как вы говорите, но в то же время есть, куда расти. Можно сказать, что и на уровне России в последние годы системные литературные мероприятия не проводились. Помню, в 2011-м меня, молодого писателя, отправили в Москву на первое международное совещание молодых писателей, оно проходило в Переделкино. Там принимали участие около 350 человек со всего мира, кто пишет на русском, а также представители национальных литератур, произведения которых были переведены на русский язык. Я сам пишу на татарском, общение и в семье, и на работе на татарском. Но тогда с поддержкой Союза писателей РТ мои рассказы быстро перевели и отправили в Москву, и я получил приглашение.

Объявили: у кого будет самая интересная книга, мы ее издадим отдельно. Выбрали четырех поэтов и одного прозаика, как я помню, среди них и меня. Очень удивился: как так? Оказывается, там, в столице, для них очень интересна национальная жизнь, национальный колорит. После чего у меня началось сотрудничество с разными российскими редакциями, несколько раз печатался в «Нашем современнике», «Литературной газете», «Авроре»…

— Что дало то совещание молодых писателей в Переделкино?

— Для литературного процесса, расширения горизонта писателя такие сотрудничества нужны. Позже молодые участники стали известными писателями на своей малой родине. Якутский писатель Гаврил Андросов, например, стал главным редактором литературного журнала Якутии «Чолбон». Гаврил очень дружит с татарскими писателями, при его активном участии в Якутске издана антология современной татарской поэзии на якутском языке. Ежегодно на международный форум в Республики Саха приглашаются наши писатели, он среди разработчиков литературной программы Дней Якутии в Татарстане, который пройдет в июне в Казани.

Также он вдохновил меня к написанию рассказа о национальном герое якутов — Боссоойко, который оказался татарином Гиззатуллой Рахматуллиным. Чтобы прочувствовать своего героя, я посетил Якутию в 2015 году. Я это к чему? Литература — лицо нации. И такие литературные взаимосвязи, различные пути продвижения помогают и в сохранении, и в развитии национальных литератур.

— Но татарских авторов читают и издают прежде всего в Татарстане?

— Обычно книги авторов, пишущих на татарском языке, продаются в Татарстане, максимум в Башкортостане. А для продвижения нашей литературы в России и за рубежом нужны хорошие переводы. Я уверен, наша татарская литература находится на высоком уровне. Но одно дело — выпускать журналы, книги, редактировать произведения, а другое — мы на самом деле не умеем системным образом продвигать, продавать, рекламировать.

Лучшие наши книги должны продаваться во всех уголках России. Очень мало переводов на тюркские языки, на английский. Если мы хотим продвигать нашу татарскую литературу на международный уровень, без этого никак.

— И продвигать действительно есть что?

— У нас на сегодняшний день есть и традиционные жанры, и экспериментальные. Можно продвигать и классиков, и современных авторов. Если возьмем поэтов только моего поколения, среди них есть очень талантливые и в то же время интересные личности. Лилия Гибадуллина, Гелуюса Батталова, Рузаль Мухаметшин, Луиза Янсуар, Йолдыз, Рифат Салах, Булат Ибрагим, Фаниль Гилязов, Ленар Шаех и другие — они очень качественные произведения пишут.

Когда я приехал в Казахстан на форум редакторов, нас пригласили в один технический вуз. Это было в городе Кызыл Орда в Южном Казахстане, в этом городе более 90 процентов населения — казахи. Вот там я по-настоящему удивился: очень много молодых поэтов, у нас же такого нет. Они читали свои стихотворения. На сегодняшний день, я считаю, у нас есть качество, но у них — количество, а из него в дальнейшем выбрать качество легче.

— У вас есть объяснение, почему в Южном Казахстане много поэтов, а в Татарстане мало?

— У нас тысячелетняя история литературы, вековые традиции общетюркской поэзии. Когда я работал ученым секретарем в институте, участвовал в экспедициях, посетил в четырех районах республики около 100 деревень. Вот там такие врожденные таланты — бабушек, дедушек, мужчин, женщин — повстречал! Мне кажется, некоторая часть одаренных и талантливых молодых людей просто не хотят связывать свою жизнь с литературой, не видят перспектив… Мы на стадии окончания школы и поступления в вузы теряем большую часть талантов, которые могли бы стать лицом татарской литературы в дальнейшем.

А в Казахстане ситуация другая. Во-первых, это суверенное государство, у них внимание к литературе на государственном уровне, литература выполняет и идеологическую функцию. Во-вторых, там идет очень хорошая подготовка кадров. Во время того самого форума сначала выступали представители разных литератур, потом ведущий вдруг обратился к залу, к студентам: есть ли среди вас поэты? Половина зала подняла руки! Студенты по очереди начали выступать. Это было настолько удивительным для нас, что студенты технического вуза, вроде бы совсем не связанные с литературой, так увлеченно читают свои стихи…

— И как у нас обстоит дело с подготовкой кадров?

— Часто общаемся с директорами татарских школ, нашими коллегами — редакторами, самый больной вопрос у нас — это кадры. Допустим, я окончил факультет татарской филологии и истории Казанского государственного университета, наша группа была очень сильной. У нас в группе из 20 человек были 3 писателя, книги которых вышли уже в студенческие годы. Нам интересно было сотрудничать с редакциями, если честно, в те годы и гонорары были хорошими. Я сам со второго курса, с 2005 года, работал, сотрудничал с разными редакциями. Помню, когда я получил первый раз зарплату за полставки в «Чаяне» и гонорар, удивился — это было равно зарплате моих родителей-учителей. С четвертого курса на полную ставку работал в газете «Шәһри Казан». А сейчас трудно найти не только готовые кадры, но и тех, кого можно воспитать, факультет татарской филологии и истории КГУ, и педагогический институт закрыли, объединив с КФУ. Даже учителей татарского языка и литературы уже не хватает…

— И школы татарские закрываются…

— Все взаимосвязано, не будет татарской школы — не станет и национальных кадров, писателей и журналистов, а в конце концов — и читателей. Если взять наш журнал «Казан утлары», то в некоторых произведениях приходится редактировать буквально каждое предложение. У нас работает известный писатель, лауреат Тукаевской премии Камиль Каримов, и Камиль абый все это время ищет себе замену и никак не может найти.

Для «Казан утлары» же нужен хороший профессионал-редактор, чтобы он сам был писателем или поэтом, потому что к нам приходят и живые классики, с ними же надо разговаривать на одном языке…

— Что делать?

— Понятно, это касается в первую очередь образования на родном языке. Если взять нашу сферу, сегодня молодым журналистам и писателям уделяется огромное внимание. При поддержке руководства республики готовятся кадры в КФУ для редакций, радио и телевидения. Редакции очень бережно относятся к каждому, раньше могли выбирать среди нескольких кадров, сейчас мы сами ищем. Проводятся конкурсы, разыгрываются гранты, даются субсидии…

— Может, талантливых надо отправлять в литинститут им. Горького в Москве?

— Насколько я знаю, сегодня из Татарстана в литинститут планируется отправить пять человек на следующий учебный год. Сейчас поиском подходящих кандидатур занимаются представители министерства образования и науки и руководство Союза писателей Татарстана. Республика стипендию оплачивает. Мне кажется, это очень заманчиво, если бы в свое время поступило такое предложение, я бы не отказался.

— Родители поощряли ваши первые писательские шаги?

— Хотел поступить на экономический факультет, но все-таки я с детства был помешан на литературе. У нас в доме всегда одна комната выполняла функцию библиотеки. Мама окончила тот же факультет, в студенческие годы ее стихи были опубликованы в студенческой стенгазете «Әллүки». В нашем родительском доме непрерывно с 1978 года выписывают «Казан утлары», каждый номер журнала ждали с нетерпением и по очереди читали. Как-то в 2018-м меня пригласили на встречу в свою школу и спросили, когда у меня появились первые произведения. Я сказал, что начал писать литературные произведения в 16 лет. После встречи мне мама говорит: «Что ты обманываешь людей? У тебя же две тетради со стихами есть». Оказалось, что уже в 8–9 лет я писал стихи.

Когда в студенческие годы начал участвовать в различных литературных конкурсах, особенно после присуждения Гран-при «Иделем акчарлагы», и мои рассказы стали востребованы редакциями, твердо решил стать писателем, окончил университет, аспирантуру…

— Чему была посвящена ваша кандидатская диссертация?

— Она была о творчестве писателя, публициста Тауфика Айди, очень интересная личность. Еще до создания всемирного конгресса татар он, можно сказать, частично выполнял их функции, посетил практически все регионы СССР, где проживали татары, после 1990-х годов исследовал татар за рубежом. В совершенстве знал все тюркские языки.  Когда он работал в журнале «Казан утлары», как говорили мне аксакалы, даже на велосипеде ездил в соседние республики, раздавал журналы, продвигал татарские книги. Такой был фанатик. Но видел и очень много неприятностей из-за такой активности…

Он рано умер, но после себя оставил очень хорошие романы, повести, публицистические материалы, все они посвящены татарам, в основном проживающим вне Республики Татарстан. Кстати, в этом году, 1 мая, исполнится 80 лет со дня рождения Тауфика Айди. Пять лет назад я издал свою монографию, и мы выпустили избранные сочинения писателя в четырех томах, а в этом году в издательстве в Турции увидит свет книга Айди на турецком языке о Турции и татарах, проживающих в этой стране. С издательством разговаривал председатель СП РТ Ркаил Зайдулла, у него там большой авторитет. Издательство все расходы берет на себя. Имя Тауфика Айди они помнят до сих пор. Он, несомненно, один из наших писателей, которого в тюркском мире хорошо знают.

— Все-таки кто главные писатели в татарской литературе прямо сейчас?

— В последние годы на данный вопрос ответить нелегко. Это в 1960–1980-е сразу бы начали перечислять: Амирхан Еники, Мухаммат Магдиев, Аяз Гилязов,  Гариф Ахунов и так далее. Несомненно, и сегодня есть у нас популярные писатели. В то же время произведение любого нового автора может «выстрелить».

В то же время мы всегда должны держать и марку, наш журнал за все время своего существования был флагманом татарской литературы (на следующий год отмечает свой 100-летний юбилей), мы должны думать о разных категориях читателей…

— Сейчас много говорят о молодых креативных деятелях татарской культуры в разных областях.

— Это очень хорошо для нашей культуры. Со многими я знаком и дружу еще со студенческой скамьи. Особенно уважаю Ильгиза Зайниева. Он мой ровесник, талантливый драматург и режиссер, очень образованный, успешный главный режиссер театра кукол «Экият». Он может написать и поставить и классические, и массовые, и экспериментальные пьесы и спектакли.

— Как относитесь к экспериментам, к примеру в татарском театре?

— Эксперименты нужны. Без них невозможно двигаться дальше. Но в то же время они не должны выходить на первый план. Если мы говорим о театре, я побывал на нескольких экспериментальных спектаклях, это очень интересно, считаю, должна быть одна площадка для экспериментов, но, когда они везде и много, это уже надоедает. Хочется прийти домой и включить на YouTube старые спектакли.

— Вы согласны с Мансуром Гилязовым, который предлагает взять один из татарских театров и там пять лет ставить только современных авторов?

— Хорошая идея, может быть, появились бы и новые авторы. Я не драматург, наш поэт Мударрис Аглям пошутил же, что драматургия — это один из филиалов Сбербанка. Мне кажется, успех спектакля, прибыльность зависят от коллективного творения режиссера, труппы и драматурга. Но первичный материал изначально дает драматург.

— Вы также много занимаетесь переводами.

— Я  переводил с русского на татарский романы Рустама Валиева «Заботы света», Василия Аксенова «Ленд-лизовские», Анатолия Егина «Хан Узбек», Салавата Юзеева «Не перебивай мертвых», Рауля Мирхайдарова «Пешие прогулки». Начал с рассказа Айдара Сахибзадинова «Апологет». Его рассказы мне нравятся.

— А все-таки когда будет организована работа по регулярным переводам на русский татарских писателей? Ведь это на самом деле не так дорого.

— Да, если речь о системной работе — это недорого.

— Почему же до сих пор этого не сделано? От кого зависит? Кто должен стукнуть рукой по столу и активно этим заняться? Кто виноват?

— Я сейчас вошел в состав нового правления Союза писателей РТ. У Ркаила Зайдуллы в планах создание центра художественный литературы. Он хочет заняться переводом не только наших классиков, но и современных популярных авторов на русский и другие языки. На самом деле у нас есть хорошие переводчики с татарского на русский. С кадрами проблем нет. Я считаю, должен быть центр художественного перевода при Союзе писателей Республики Татарстан.

Для начала, допустим, несколько переводчиков работают по договору. Я бы тоже хотел взаимодействовать с этим центром. Например, современная татарская литература выходит в нашем журнале. Сделать бы из самых лучших произведений ежегодный альманах на русском и английском языках. Русский вариант — для русскоязычных читателей и русскоязычных татар, а английский вариант — для продвижения татарской литературы за рубежом. Наш президент же часто встречается с зарубежными политиками, инвесторами, хотелось бы, чтобы не только инвестиции, но и духовная культура, в этом случае татарская литература, сблизила наши отношения.

— От нового председателя СП Татарстана Зайдуллы чего вы ждете? Вот вы сказали, что он хочет создать центр перевода. Еще какие есть надежды?

— Месяц назад только был избран. Он не олигарх и не волшебник, чтобы в одночасье все изменить. Пока его и ругать, и хвалить рановато. У него много интересных задумок, он должен сейчас пробить, продумать хорошие проекты, создать команду. А он умеет работать с людьми. За месяц я его видел на различных мероприятиях, слушал, как он выступает на больших сценах, круглых столах в качестве председателя, как держит себя на официальных встречах, очень приятно, когда нашим союзом руководит талантливый и авторитетный человек. В первую очередь, от него требуется, чтобы он поднял статус писателя и Союза писателей Татарстана в республике, на российском и на международном уровнях.

— Зайдулла сам говорит, что все молодые татарские литераторы — это его ученики. Так и есть?

— На самом деле в нашей литературе очень хорошие наставнические традиции. Зайдулла сам тоже считает своими наставниками Мудариса Агляма, Зульфата, Хасана Туфана и других. Он всегда говорил: если молодой литератор считает своим наставником только одного человека, это уже неестественно и неправильно. Вот я Мухамета Магдеева или Аяза Гилязова живьем не разу ни видел, но от них что-то получил для себя, могу назвать их тоже своими наставниками. Поэтому Зайдулла, скорее всего, имел в виду, что является одним из таких наставников молодых литераторов. Сейчас у меня появилось очень много «наставников», которые считают себя таковыми. Но, когда делал первые шаги, было очень мало людей, к кому можно обратиться. Одним из таких стал именно Ркаил-абый. Но, чтобы быть наставником, человек должен являться профессионалом, искренним, оригинальным и интересным. Я считаю его таким. Когда-то я ему сказал, что через несколько лет стану круче его и по знанию, и по таланту. Пока еще не получается.

— Что еще для развития татарской культуры необходимо сделать? Вы ведь член комиссии Ахметова по сохранению и развитию татарского языка?

— Да, я член комиссии. Марат Готович — требовательный руководитель, нам часто даются различные поручения. В рамках комиссии много различных конкурсов проводится. Мне поручили провести закрытый литературный конкурс. Там 10 номинаций. Пока до 1 сентября собираем по 9 номинациям, до 1 декабря — романы. На сегодняшний день, за пять месяцев после объявления конкурса, уже почти 400 работ пришло. После подведения итогов конкурса мы увидим более ясную картину. Раньше наши регионы давали нам хороших писателей — Муса Джалиль из Оренбурга, Галимджан Ибрагимов, Наки Исанбет из Башкортостана, Хади Такташ из Тамбова, Абдурахман Абсалямов из Мордовии, Карим Тинчурин из Пензы и другие. У нашего журнала есть проект, мы часто выезжаем в регионы. Кстати, примерно в 30 регионах выписывают журнал «Казан утлары».

— Вот еще один автор вашего журнала - Равиля Шайдуллина…

— В прошлом году опубликовали ее роман в трех номерах.

— Какова была реакция аудитории?

— Возник ажиотаж. От нас требовали, чтобы дали продолжение, а ее саму спрашивали: «Где можно найти эти номера журнала?» У нас не только сарафанное радио, мы и сами пропагандируем. После окончания первой части я собственноручно написал: «Продолжение — в следующем полугодии». Но автор к тому времени еще не поставила финальную точку. Начиная с июля мне уже начали звонить, писать в «Инстаграме»: «Обманули нас. Сказали, что во втором полугодии будет продолжение романа, а вы так и не опубликовали». Так нас мучили до ноября. Потом, в ноябре и декабре, вышло продолжение. Ну что поделаешь, бывает и такое.

— Находятся, наверное, и недовольные…

— Самое главное, чтобы были небезразличными. Но я хочу, чтобы все имелось в одном журнале — кому-то роман понравился, кому-то — повесть, чтобы каждый человек в одном номере нашел для себя произведение, будь то поэзия или что-то еще. Это наши внутренние дискуссии. Такое должно быть. Проходили выборы в союз писателей — да, там были разные кандидаты. Кто-то был против Зайдуллы, кто-то — за. Но в Якутии — два союза, в Чувашии — три, в Москве их много… А у нас ведь один союз. Говорят ведь про татар, есть анекдот — два татарина…

— Два татарина — три партии.

— Да. Но только у нас ведь один союз!

— Вам всего 33, вы уже главный редактор журнала, кандидат наук. Когда мы готовили материал к съезду Союза писателей, о вас хорошо отзывались совершенно разные литераторы — и как о писателе, и как о менеджере. Кем вы себя видите лет через 10?

— Честно, сегодня я доволен своей работой. В начале нашего разговора я сказал, что значит журнал «Казан утлары» для меня, нашей семьи. Я очень дорожу этим журналом, понимаю, какое место он занимает в нашей культуре. Мне сегодня интересно здесь работать. А услышать такие слова очень приятно. До того как я стал главным редактором «Казан утлары», у меня ежегодно выходили здесь повести, рассказы. Идет четвертый год редакторства, готово несколько произведений, но ничего из этого не было опубликовано в «Казан утлары». Специально, чтобы не говорили: вот он там сидит и свои произведения публикует, для меня репутация важна — это прежде всего.

— У вас вышел новый роман.

— Роман «Васыять» («Завещание») посвящен великому татарскому писателю и религиозному деятелю Таджетдину Ялчыголу, который творил в конце XVIII – начале XIX веков. Его книга «Рисаләи Газизә» была очень популярна в народе до революции. Даже Тукай пишет в своих воспоминаниях: когда его приехали забирать в Уральск, он сидел у окна и читал «Рисаләи Газизә». В его жизни большую роль сыграло восстание Емельяна Пугачева. По словам ученых, опасаясь репрессий, Таджетдин с отцом был вынужден эмигрировать. После возвращения на родину он стал видным религиозным деятелем. Это были тяжелые для мусульман времена. Как известно по архивным документам 1820 года, которые нашел ученый Дамир ага Гарифуллин, Таджетдину часто приходилось бывать на допросах. Но он не сломался и до конца жизни жил по завещанию отца — служил своему народу.

Записали Альфред Мухаметрахимов и Айрат Нигматуллин, сотрудники газеты «Бизнес Online»