Ташкентские гастроли…

Зеркало души народной

Фахим Ильясов


В театрах творилось нечто, ажиотаж в кубе, восторг, слёзы счастья и умиления. Вот на этих концертах и спектаклях вся татарская природа, хранившаяся где- то внутри человека, проявлялась очень ярко, куда- то уходила приобретённая за годы жизни узбекская натура или русскость. Народу хотелось общаться на татарском языке, молодёжи жениться, только на татарках. Я знаю, что такие гастроли сподвигли многие семьи вернуться в Татарстан. Жаль, что гастроли ярких исполнителей проходили в лучшем случае один раз в год. А театры из Казани приезжали ещё реже.

Ещё не были известны точные даты их приезда, а среди театралов уже начинался ажиотаж. Они ежедневно посещали кассы и надоедали вопросами о дате продажи билетов. Народ стремился купить билеты сразу на несколько спектаклей театра имени Галиасгара Камала. Эти несколько недель пребывания артистов в Ташкенте наполняли всех театралов и меломанов какой-то невероятной радостью и энергией. Моя мама буквально парила в небесах и на второй день после спектакля или концерта, уже с утра обсуждала вчерашние перипетии по телефону с подругами Гульсум-апа, Сания-апа, Фаузия-апа.

За месяц до приезда труппы театра или популярных Ильхама Шакирова, Рашида Вагапова, Альфии Авзаловой и Усмана Альмеева мама, её сестры, родственницы и подруги начинали шить у портних выходные платья…

Исполнителя народных песен Рашида Вагапова очень любил отец, а маме больше нравился Ильхам Шакиров.

Спектакли и концерты проходили в театре имени Свердлова, театре Эстрады, театре имени Хамзы, а начиная с семидесятых годов, уже в современном и огромном Дворце имени Дружбы народов. Народ заранее собирался в фойе театра, дамы демонстрировали свои нарядные и красивые платья, новые туфли и сумочки. Мужчины щеголяли в костюмах, галстуках и импортной обуви.

Мне несколько раз приходилось сопровождать родителей в театры, где я видел самую разношёрстную публику. Приходили изысканно одетые татарки с мужьями -узбеками. Традиция брать в жёны татарок сохранилась ещё с древних времён, когда знатные узбеки ездили в Казань, чтобы жениться на местных красавицах и затем увезти их в Туркестан, большей частью в Ташкент или Кокандское ханство. В советское время около половины сотрудников ЦК КПСС Узбекистана, Совета Министров и обкомов партии были женаты на татарках. А в наше время эту традицию продолжают сотрудники аппарата президента, Кабинета Министров и хокимиятов (Мэрия). К тому же у многих сотрудников вышеназванных организаций матери, бабушки или дедушки являются татарами. В девяностых годах пришлось поработать в одной серьёзной иностранной организации в Ташкенте, и как-то во время приёма в честь Дня независимости Узбекистана один американец, глядя на красивых и белолицых девушек, одетых в узбекские национальные платья, сказал: «Вижу, что самые красивые узбечки — это татарки».

В двадцатых годах прошлого столетия, когда поезда с беженцами из голодной России прибывали в Ташкент, Самарканд, Бухару и Ферганскую долину, многих молодых татарок узбекские парни выхватывали из толпы прибывших и сразу вели к мулле, который читал Фатиху и обрядовую молитву, и молоденькая девушка становилась женой абсолютно незнакомого человека. Голодные и нищие родители девушки даже были довольны, ведь их дочь прямо с колёс уже была пристроена. А у парней узбеков, женившихся таким образом, не было денег на калым и на свадьбу.

Надо признать, что разводов после таких браков практически не было, мужья старались выйти в люди, заработать на собственный дом и поставить детей на ноги, а самое главное - они помогали и родственникам супруги. А вот были ли счастливы сами девушки - это неизвестно. Спустя 20-30 лет после замужества, они имели по семь-восемь детей, а то и десять, носили в основном местную национальную одежду и разговаривали исключительно на узбекском. При этом и родной татарский не забывали. А были девушки, которые не желали мириться ролью домохозяйки, учились в вузах, становились хорошими специалистами и даже занимали руководящие должности. Мужья таким властным жёнам не перечили, себе дороже.

Эти женщины, приехавшие в двадцатых годах и уже ставшие бабушками, приходили на концерт с мужьями, детьми и внуками.

Молодые и современные татарки, вышедшие замуж по любви за узбекских парней, были ухожены, модно одеты. Такие пары, приходили вместе с родителями жены и часто со свекровью. Среди зрителей были узбекские семьи, которые просто и искренне любили татарские песни и музыку. Первые ряды партера занимали высокопоставленные чиновники, а точнее их жёны — татарки. Сами государственные мужи обычно приходили ко второму отделению.

На этих концертах и спектаклях атмосфера была одухотворённой, происходило какое-то братское единение всех национальностей. Мужья татарок — узбеки, казахи, евреи, русские, несколько кавказцев и, кажется, один литовец гордо поглядывали по сторонам, мол, видите, какая у меня красивая супруга.

А татары, женившиеся на русских, еврейках, узбечках, казашках, уйгурках, армянках, немках, польках и даже на кореянках, также гордились своими неординарными супругами.

На этих концертах и спектаклях, часто молодые парни и девушки знакомились друг с другом. Многие пары женились благодаря знакомствам в театрах и, Слава Всевышнему, счастливо живут.

Вся татарская молодёжь выросшая в Старом городе Ташкента, общались между собой на узбекском, а вот живущие в центре города, не знали ни по-татарски, ни по-узбекски. Они разговаривали только на русском, это касалось как татар, так и узбеков. В семидесятых годах только тридцать процентов населения Ташкента составляли узбеки.

Центр Ташкента был абсолютно русскоязычным. Любопытно было наблюдать за молодыми татарскими мальчишками из Старого города перед концертами. Ребята разговаривали с родителями на смеси татарского и узбекского. Был казус с моим другом Музаффаром З., который вместе с родителями приходил на концерты Ильхама Шакирова. Он вырос в семье узбекских интеллигентов, где между собой разговаривали только по- русски. Его отец, писатель, академик и рафинированный интеллигент Вахид-ока, старался обучить своих детей разным языкам. Дети выросли, стали учёными, врачами и дипломатами, говорили на иностранных языках, но узбекским владели очень плохо. Как-то Музаффар приехал к нам домой в Старый город и попросил помочь найти родственника, проживавшего в нашей махалле. Мы отыскали дом этого почтенного дедушки, который, естественно, вообще не знал русского языка. Дедушка по имени Юлдаш-ока был в шоке, когда узнал, что Музаффар не знает узбекского языка. Пришлось мне стать переводчиком. Со стороны, наверное, было смешно наблюдать, как татарин переводит двум узбекам с русского на узбекский и наоборот. Карьерный дипломат Музаффар З., после распада Советского Союза, научился немного разговаривать на родном языке, но именно, что немного.

На концертах Ильхама Шакирова иногда присутствовала знаменитая балерина, народная артистка СССР Галия Измайлова или её более молодая коллега, тоже народная артистка СССР Бернара Кариева. В присутствии вышеназванных дам мужские сердца начинали биться более учащённо. Сами женщины скромно усаживались и старались не демонстрировать себя.

Но когда в фойе театра появлялась мама моего одноклассника, красивейшая женщина Ташкента Фарида-апа с мужем Олегом абый (татарин), то в неё сразу и навсегда влюблялись все присутствующие мужчины. Они не могли оторвать свои взгляды от её утончённого вида, породистого лица, необыкновенно выразительных глаз дополненных красивым макияжем. А небрежно накинутый на плечи тёмный платок, никоим образом не скрывал ожерелье из прекрасного жемчуга, а наоборот, подчёркивал необыкновенную белизну её лебединой шеи.

Особого внимания заслуживают татарские, узбекские и уйгурские семьи, иммигрировавшие из Китая. Они компактно селились в Старой части Ташкента и всегда поддерживали друг друга. Им было очень трудно поначалу, но своим трудолюбием и природным умом они быстро встали на ноги, а многие из уже молодого поколения этих мигрантов выучились на инженеров, врачей, преподавателей, агрономов и архитекторов. Выходцы из Китая приходили на концерты своими татаро-уйгурскими, татаро-узбекскими, татаро-казахскими и просто татарскими семьями. Они все родились и выросли в Поднебесной, где жили в непростых условиях и, поэтому у них было сильно развито чувство интернационализма.

Эти концерты проходили и в областных городах Ангрен, Алмалык и Ахангаран, где традиционно проживало много татарских семей. У Сании апа, маминой подруги, и у Марва апа, папиной кузины, в небольшом городе-саде Ахангаране жили родственники и они с мужьями с удовольствием ездили на концерт Альфии Авзаловой.

Естественно, что после концертов многие известные семьи Ташкента старались пригласить артистов домой, причём не только татарские, а также узбекские, казахские и даже русские. Ташкент всегда был гостеприимным городом. Дедушка с бабушкой принимали в своём доме Рашида Вагапова, Альфию Афзалову, Усмана Альмеева, Ильхама Шакирова и их музыкантов. Ильхам Шакиров побывал в гостях у дедушки два раза. Их не просили выступить во время этих вечеринок, наоборот, родственники и друзья демонстрировали им своё умение петь. Муж моей тёти Рушании - Ильдар абый играл на аккордеоне и хорошо пел, а мой отец вообще был незаурядным исполнителем.

Бархатный и оперный голос отца чуть было не подвёл его под монастырь. Случилось это в доме папиной кузины - Фаузии апа, куда наряду с Ильхамом Шакировым была приглашена балерина Большого театра имени Алишера Навои Галия Измайлова. Гостеприимная и остроумная хозяйка дома была виртуозной пианисткой и композитором. Она преподавала в ташкентской консерватории и театральном институте. Фаузия апа с мужем Сахибом абый часто устраивали своеобразные музыкальные вечера, где хозяйка и её дочери Наира с Надирой играли на фортепиано, пели и аккомпанировали поющим гостям. Когда Ильхам Шакиров был у них в гостях, они попросили спеть отца песню «Сарман буйларында». Выпившие гости приняли пение отца на «бис», а папа с удовольствием спел ещё несколько песен. Потом начались танцы, и когда Галия Измайлова, не сводившая с отца во время пения внимательного взгляда, пригласила его на арабское танго в исполнении Батыра Закирова. Как говорят свидетели, мама сильно напряглась. Во время танца папа и Галия апа о чём-то мило и непринуждённо разговаривали. Мама еле сдержалась, но ничего не сказала выпившему отцу.

Зато дома она закатила такой скандал, такую взбучку, что мы, дети, от страха за папу не спали всю ночь и умоляли маму успокоиться. После этого случая имя Галии Измайловой при маме никогда не упоминалось, хотя мама и Галия апа вместе учились в одном классе татарской школы номер 21 города Ташкента.

Мама, как востоковед и историк, пыталась многое рассказать о нашем народе, но юношеская глупость, а после студенческий нигилизм, с откуда-то появившимся снобизмом, мешали дослушать мамины рассказы. Вместо татарских песен, мы слушали англо-американские рок-группы, заучивали слова текстов на «импортных» языках (так народ в чайхане называл иностранные языки), ходили на концерты советской эстрады и каких-то нетрезвых бардов, зовущих в горы и походы. А надо было слушать свои, мелодичные и лиричные песни.

Уже в Москве мне удалось пару раз побывать на концертах Ильхама Шакирова. Незабываемый голос, душевные песни, прекрасная атмосфера на его концертах, а самое главное, всенародная любовь сделали его легендарным исполнителем.

А тем временем Ташкент ждёт и надеется на возобновление гастролей казанских артистов. Ведь даже после распада огромной страны в гостеприимном Узбекистане по-прежнему живут более полумиллиона татар и целый легион скрытых татар. Не могу передать словами любовь ташкентских татар к традициям, обычаям, непростой истории, а особенно к родному языку своего народа. Они и нам привили эту любовь, а мы стараемся передать это чувство детям и внукам.

P.S. Пишу ташкентские татары, а подразумеваю всех татар Узбекистана.