2019-12-23_15-59-00.png

Зеркало души народа...

Наше наследие

Лирон Хамидуллин

Среди тюркских народов, входивших в состав царской России, первыми приступили к издательской деятельности татары Поволжья. В Санкт-Петербурге при Академии наук в 1785 г. образована была первая “Азиатская типография”. Потом и в  Казани указом императора Павла от 1800 г. при первой гимназии была открыта типография с таким же названием. А когда в 1804 г. был открыт университет “Азиатскую типографию” передали этому учебному заведению. Организованы были эти типографии для издания Корана и религиозной литературы для мусульманского населения страны. Таковы были условия Османской империи при составлении Кючук-Кайнарджинского мирного договора с Россией в семидесятых годах ХVIII века.

С первых же дней в этих типографиях были организованы и выпуск известных общественно значимых произведений народов Востока. А в странах Европы к перизданию таких трудов приступили ещё раньше. Например, книги географа и историка Х века араба Абул-Хасана аль Масуди аль Багдади, прозванного европейцами “Арабским Геродотом”, начали издавать с начала ХVIII века.

Кстати, этот путешественник знал и историю Хазарского каганата и о существовании севернее от Хазарии страны Волжская Булгария. Он, путешествуя вдоль берегов Хазарского моря, останавливался во многих портах, собирая сведения о населении и истории этих мест. Сведения вошли в его книгу “Золотые копи...”. Российские ученые использовали только часть сведений из этой книги, в основном касающуюся к описанию жизни славян и русов...

Да, в 1774 г. при заключении Кючук-Кайнаржинского мирного договора с Османской империей были включены два пункта с требованиями о соблюдении прав мусульманского населения России. Правда, и Османская империя делала большую уступку северному соседу — отказалась от своего влияния над Крымским ханством и Молдавией. В одном из пунктов этого договора было указано о необходимости издания и распространения Корана в стране, где проживает много людей, исповедующих мусульманскую религию. А во второй пункт включено условие о необходимости организации в России официального управляющего органа мусульман. И в 1778 г. особым указом императрицы Екатерины 11 было осуществлено создание “Оренбургского духовного магометанского собрания”—первого муфтията , образованного для защиты интересов мусульман России. Правда, в послаблениях относительно мусульман и в проведении вышеукзанных мероприятий царским правительством некоторое значение имеет и Пугачёвское восстание 1773-1774 гг. Значительную часть восставших тогда составляли татары и башкиры. И среди атаманов было немало татар и башкир.

Управление этой организации первоначально находился в Оренбурге, а затем было переведено в Уфу. Именно этому управлению возлагались работы по подготовке первых изданий Корана в России. Первым муфтием был назначен ахун из Сеидова Посада (нынешняя Татарская Каргала, что рядом с Оренбургом) Мухаммед Хусаинов (Мухаммед ибне Хусаин ибне Мансур аль Джабали аль Бурундуки). Да, он родом из села Бурундуки современного Татарстана. Но учился будущий первый муфтий в медресе села Татарская Каргала. Потом несколько лет обучался в Бухаре. Из Средний Азии вернулся в Каргалу и как знаток религиозных дел был принят на работу в Приграничную комиссию, подчиненную Департаменту иностранных дел, где участвовал на различных дипломатических мероприятиях, связанных с соседними Казахскими ханствами.

При его активном участии в конце XVIII в. были выпущены в столице три первых издания Корана в России. И “Азиатская типография” в Казани с первых дней образования этого муфтията начала  выпускать книги как религиозного содержания, так и имеющие общественно- литературное направление. Одним из первых в Казани была издана книга средневекового среднеазиатского поэта Аллахияра Суфи “Сөбәтел- гаҗизин” (“Опора обреченных”). А в самой Средней Азии первой типографией, созданной после присоединения этого края к России в 1865 г. считается Ташкентская. Царское правительсьтво хотело этим жестом привлечь к России и остальные части населения Средней Азии. Тем не менее территорию Бухарского ханства царям так и не удалось до 1920 г. вовлечь в “зону” своего влияния.

Территория вокруг Ташкента была присоединена к России в 1865 г. И там первая, разрешенная местным губернатором, “мусульманская” типография начала свою работу в начале 1870 г. Она была организована по инициативе нашего земляка, помощника Туркестанского генерал-губернатора по работе с местным населением мурзы Шагимардана Ибрагимова. Он с начала апреля того же года начал издавать в Ташкенте и первую тюркоязычную газету в России. Эта еженедельная газета (“Төркестан вилаяте гәҗите”) издавалась тогда на казахском и узбекском языках и распространялась на части территории современного Узбекистана и Казахстана. На территории этого губернаторства также жили каракалпаки и часть туркмен. Именно на страницах этой газеты в 1908 г. были напечатаны первые переводы стихов Габдуллы Тукая, о чем указывает узбекский ученый Шерали Турдыев. В Ташкентской типографии были изданы также первые календари на узбекском языке. В те же годы в Казани и Каюм Насыри издал свой первый календарь. “Мең дә бер кичә” (“Тысяча и одна ночь”), переведенное с персидского языка Ш.Ибрагимовым, было также впервые издано в Ташкенте. В газете он печатал и фольклорные произведения среднеазиатских народов. На страницах газеты печатались и стихи местных поэтов. Например, поэтическое состязание классика каракалпакской литературы Аджинияза (1811-1878) с казахской поэтессой Мэнеш кыз было напечатано там в 1878 г.

В те же семидесятые годы ХIХ века в Баку и Тифлисе по распоряжению наместника царя на Кавказе были начаты издания газет и на “кавказско-татарском” языке. Типографии для издания этих газет были организованы при содействии помощника наместника царя, азербайджанского общественного деятеля и писателя Мирзы Фатих-Али Ахундова. Первая тюркоязычная газета на Кавказе “Игенче” (“Хлебороб”) была издана в Баку в 1873 г. Издателем и редактором этой газеты на азербайджанском языке был Хасан бек Зарбаби. А с 1878 г. в Тифлисе Хаджи Сает издавал на понятном для всех народов Кавказа “кавказско-татарском языке” газету “Зыя-и Кавказия” (“Просвещенная Кавказия”). Да, в те времена на многонациональном Кавказе языком межнациональнего общения был тюрко-татарский язык. Об этом мы читаем и на страницах произведений классиков русской литературы – Льва Толстого, Михаила Лермонтова, классика грузинской литературы Александра Казбеги. О том, что в произведениях дореволюционной армянской поэзии было достаточно много заимствованных с тюркского языка слов, признавал и армянский ученый Г. Гукасян на страницах журнала “Советская тюркология”.

В газете “Зыя-и Кавказия” изредка появлялись материалы и о жизни татар из центра России. А с конца 1880-х имамом суннитской мечети в Тифлисе стал татарский мурза Хасан Терегулов. Сыновья этого муллы Мухаммедханафи и Али активно участвовали в начале ХХ века в постановке оперных произведений в г. Баку. А чуть позже дочери муллы Терегулова Бадигюльджамал и Малика стали женами первых профессиональных композиторов Азербайджана Муслима Магомаева и Узеира Гаджибекова.

До революции 1917 г. в городах России работали десятки частных типографий с татарским шрифтом. Но издавать газеты на татарском языке царским правительством было запрещено. А таких попыток в ХIХ веке было очень много. Золотопромышленники братья Рамиевы в конце столетия сделали попытки выпуска своей газеты. Но царское правительство им отказало.

А вот крымчанину Исмагилу Гаспринскому такое разрешение было выдано. В этом случае просматривается влияние Кучюк-Кайнарджинского мирного договора между Турцией и Россией. Турция ещё продолжала опекать Крым и следить за политическими событиями на этом полуострове. В европейской политической системе Турция тогда ещё имела влияние. Главные европейские державы Австро-Венгрия и Франция были тогда дружны с Турцией. И благодаря этой опеке с 1883 г. мурза И.Гаспринский, зять крупных фабрикантов Поволжья Акчуриных, до этого неоднократно побывавший в Турции, начал выпуск своей газеты “Тарджиман” на общетюркско-татарском и русском языках в Бахчисарае. Бывший слушатель российских военных учебных заведений в годы получения разрешения на издание данной газеты был к тому же городским головой Бахчисарая.

Тогда в татарских типографиях центральной России выпускались только книги и реклама. Академик Петербургской академии Б.А.Дорн в одном из трудов своих пишет, что с 1853 по 1859 г. в России было издано книг мусульманского религиозного содержания тиражом более 300 тысяч экземпляров. В том же количестве или чуть-чуть меньше, наверно, было издано и светской литературы, т.е. книг общественно-гуманитарного назначения. Об этом свидительствуют многочисленные находки археографических экспедиций по стране.

А в одном из номеров газеты “Йолдыз” (Казань) за 1914 г. сообщается, что в 1913 г. татарскими типографиями было издано 518 книг (намного больше ежегодно изданных Татгосиздатом во времена советской власти), из них 29 названий на казахском языке. А 26 книг религиозного содержания были изданы на смешанном арабско-татарском языках.

Крупные издательства при татарских типографиях были организованы в Казани, Оренбурге, Уральске, Уфе, Астрахани. В этих издательствах печатались и книги на других  родственных тюркских языках, переводы русской классики. Например, большинство дореволюционных книг на казахском языке вышли из казанских, уфимских, оренбургских типографий. Один из первых романов на казахском языке “Бәхетсез Җамал” ( “Несчатная Джамал”) Миржакипа Дулатова была издана в Казани в 1913 г., почти сразу же после выхода романа Галимджана Ибрагимова “Яшь йөрәкләр” (“Молодые сердца”, 1912). А оренбургское издательство Рамиевых “Вакыт” в те же годы обрадовала  казахских читателей вторым изданием сборника стихов Абая Кунанбаева. Книга “Абай тирмәсе” (“Юрта Абая”) и повесть М. Нурбаева “Көргенде бала” (“Воспитанный мальчик”) были также изданы в Оренбурге.

Издание газет и журналов на татарском языке было разрешено только после выхода известного Манифеста царя от 17 октября 1905 г. К появлению этого манифеста в какой-то степени повлияло, видимо, кроме всенародных стачек, и коллективное письмо на имя царя от двухсот общественных и религиознх деятелей татар России. Эту петицию подписали братья Рамиевы, крупные фабриканты Акчурины, Дебердиевы, купцы-миллионеры Хусаиновы, известные религиозные и общественные деятели Апанаевы, Максудовы, в том числе Рашит казый Ибрагимов и другие видные деятели. Письмо было написано 23 февраля 1905 г. и вскоре в столицу было доставлено имеющим доступ к правительственным высшим чинам фабрикантом Ибрагимом Акчуриным. Его сопровождал составитель этой петиции выпускник парижского университета Юсуф Акчурин. В этой петиции, кроме требований о разрешении изданий газет и журналов на татарском языке, были ещё более важные пункты: об уравнении прав мусульман России, об отмене ограничения при приобретения недвижимого имущества, предоставлении им право участвовать в разработке законопроектов страны.

Кроме выше перечисленных “Азиатских типографий,” все остальные, работающие с татарскими шрифтами, были частными. Да и Петербургская “Азиатская типография” вскоре была продана в частные руки. Общее количество частных татарских типографий в царской России, по некоторым данным, составляло более 100. А согласно подсчетам Исмагила Рамиева, автора первого энциклопедического труда “Вакытлы татар матбугаты “ (“Татарская периодическая печать,” Казань, 1926), до 1918 г. только в Казани действовало более двадцати частных издательств и многие из них были обеспечены своими типографиями.

В 1918 г. постановлением Центральнего комитета РКП(б) было принято решениие об объединении частных типографий, ликвидировав их собственность. Одним из первых была экспроприировано технически хорошо оснащенная типография “Вакыт” Рамиевых в Оренбурге. От владельца также была вытребована двухнедельная оплата будущих расходов типографии и зарплата работников. Были отняты от хозяев ещё две известные типографии Оренбурга — работавшая с 1901 г. ахуна Гильмана Каримова и открытой в 1906 г. Вали муллой Хусаиновым. Такие же мероприятия были проведены в Казани и других городах России.