2019-12-23_15-59-00.png

С харизмой
настоящего
хана

Мир искусства

Лябиб Лерон

Ей богу, ему пристало быть ханом! Айдар хан! И это я говорю не только имея в виду Айдара хана (VIII век-865), первым в Поволжье принявшего ислам, или повелителя Жихангира из спектакля «Ходжа Насретдин». По-настоящему талантливый артист и режиссер Айдар Садриевич Хафизов, глубоко знающий богатую историю, неповторимую культуру татар и, конечно же, произведения известных татарских классиков, в своем творчестве отличался великодушием, достоинством, интеллигентностью, статью, да и обладал харизмой настоящего хана.

Я достаточно давно должен был написать эту статью об Айдаре Хафизове, так как дал обещание его дочери Айсылу. Мы с ней коллеги, она – главный редактор русской версии журнала «Идель». Но возможность  не представилась из-за постоянных разъездов и большого количества скопившихся дел. Теперь успокаиваю себя тем, что за это время мне было суждено узнать ещё какие-то недостающие детали его жизни. Прочитал книгу о нем, написанную драматургом, заслуженным деятелем искусств РТ Юнусом Сафиуллиным; узнал, что настоящее его имя – Бадретдин (в переводе с арабского оно означает «полная луна веры»); пережить потрясение от такого же внезапного,  как у Айдара, ухода от коронавируса его друга, однокашника, коллеги по сцене Халима Залялова; побывать в Пестрецах на театральном фестивале имени народного артиста Татарстана, заслуженного артиста России Айдара Хафизова?!

Когда бывал в театре Камала, я всегда старался заглянуть в антракте за сцену, чтобы повидаться в коридоре или в гримерке с актерами. И временами натылкался на шахматный турнир между заядлыми “гроссмейстерами” Айдаром Хафизовым и Халимом Заляловым. Они обожали шашки-шахматы и были ярыми соперниками. Айдар абый даже выигрывал партии у самого  Туфана Миннуллина. Драматург, конечно, не особо переживал по поводу проигрышей, и всегда подчеркивал свое огромное уважение Айдару.

Вспоминаю слова Халима Залялова, сказанные на церемонии прощания с Айдаром Садриевичем, – он даже не подозревал о том, что ему самому оставалось жить считанные месяцы. Последний разговор Халима ага с Айдаром абый состоялся по телефону, когда тот лежал в больнице. «Как ты там, Бадретдин, тебе уже полегчало? Давай, хватит там нежиться, выходи скорее, у нас еще партия в шахматы осталась не доигранной! В прошлый раз выиграл ты, теперь – моя очередь!» – сказал Халим абый.  А друг ему ответил: «Ладно, Заляй, сыграем, и выиграешь ты!». Как знать, может, они и сыграли свою недоигранную партию в Вечном Доме на небесах...

Говорят, если хочешь лучше узнать человека, надо увидеть его детство.

На момент, когда 20 мая 1943 года Бадретдин (позже взявший сценическое имя Айдар) появился на свет, его отцу Садретдину, выходцу из деревни Черемшан Рыбно-Слободского района, прошедшему две войны – Первую мировую и гражданскую – было пятьдесят лет, а  матери Зулькагде Халиулловне, уроженке деревни Конь Пестречинского района, было сорок два года.

Где-то в начале 1944 года, когда ослепший дед Халиулла пытался пощупать лицо внука, едва начавшего ходить, Бадретин не то от страха, не то от чего, вдруг громко запел. «Ого! Голосок-то сильный, этот в жизни не пропадёт!» – сказал тогда дед.

Еще одна картинка из детства... В 1949 году был сильнейший весенний паводок. Шестилетний Бадретдин тогда соорудил себе лодку из маминого цинкового корыта для стирки белья и едва не утонул, благо, отец вовремя подоспел!

Чего только ему не довелось повидать в детстве!.. Вскоре после этого паводка родители на деньги, вырученные от продажи яиц, масла и взятые в долг у соседей, купили часы с кукушкой на казанском базаре. Мальчику очень хотелось потрогать кукушку, поэтому он взобрался на табуретки, поставленные одну на другую, и, почти уже дотянувшись до заветной кукушки, слетел с грохотом с этой пирамиды на пол, а затем прятался от родительского гнева в картофельных грядках. Или, вот, как он пытался быть похожим на своих старших братьев Хуснутдина (отца народной артистки РТ Раушании Юкачевой) и Фарзетдина (отца заслуженного артиста РТ Фердинанда Хафизова) и курил самокрутки из трав и ваты (а кто из мальчишек не пробовал такое в те времена?!). Или как он в восмилетнем возрасте, навесив на себя большие качаны капусты, прошел шесть верст до базара в Пестрацах, а затем, простояв на ногах целый день, уже под вечер продал сжалившейся над ним тётке эти кочаны то ли за пятьдесят копеек, то ли за рубль...

Айдар Хафизов, росший таким же трудолюбивым, как его дед Халиулла и отец Садретдин, рассказывая о своем детстве и отрочестве, вспоминал такую историю. «Несмотря на то, что родители уже построили дом, и он выглядел вполне жилым, на окна не хватило денег. А как зимовать в доме без окон? Моя сестра Фаима (1932 года рождения) завербовалась на работу в Сибирь. Ей было восемнадцать лет. Там давали единовременную выплату, чтобы человек мог устроиться, обжиться. Она привезла эти деньги отцу, чтобы он сделал окна. Когда отец об этом рассказывал, у него на глаза наворачивались слёзы: “Вот ведь, наша девочка Фаима обеспечила наш дом окнами”. Её поступок меня тогда очень тронул. Мне захотелось сделать что-то такое же самоотверженное. Денег сестры хватило лишь на один слой оконных рам. Поэтому в нашем доме в зимнюю стужу тепло особо не задерживалось. Скукоживаясь от холода, топили печь так, что она аж трещала. Тепла не хватало даже несмотря на то, что мы утеплили хвоей пятую часть оконных рам. Когда становилось холодно, отец вздыхал: “Эх, если бы рамы были в два слоя, при такой топке в доме было бы жарко, как на юге!”...»

И вот, став учеником пятого класса, научившись делать табуретки и мечтая о профессии столяра, Бадретдин добился своего – обеспечил отчий дом вторым слоем окон. «Когда мама увидела первую раму, которую я установил, она запричитала: “О, боже, сынок, когда ты успел это сделать. Отец голову тебе оторвет за то, что ты сделал такое без спроса! Почему ты не спросил?!” Тут в ворота вошел отец, и я со страха сбежал на улицу. Отец у мамы спрашивает:

– Что это за рама? Какого мастера вы наняли? На какую сумму договорились? Денег ведь нет, вы в долг сделали?

  • Это сделал твой сын.

Отец не поверил, принял за шутку.

Я с нетерпением спросил у мамы:

  • И что он сказал? Чтобы я сделал и на другие окна?.

  • Ни так, ни эдак не сказал, долго смотрел на раму и молчал, ему, вроде, понравилось, - ответила мама. А мне только этого и надо. Молчание – знак согласия...», – вспоминал Айдар.

В седьмом-восьмом классе Бадретдин взялся пасти деревенскую скотину: «Отец меня приходил будить в три часа утра. В самом начале мой еще неокрепший организм сильно сдавал. Я не могу встать с постели, едва не плачу. Но со временем ко всему привыкаешь, крепнешь. И эту работу я выполнил. На первую свою зарплату купил хромку, гармонь “Шуйский”. А чуть позже и велосипед...»

А затем, как говорится, уже подросший и окрепший, хорошо познавший ценность труда, и еще не знающий, что игра на гармошке сослужит ему хорошую службу, наш парень отправился в путь...

Сначала он хотел поступить учиться на автомеханика в посёлке Васильево, но внезапно поступил в железнодорожное училище в Юдино, где начал изучать профессию строителя-монтажника, а параллельно в ДК Железнодорожников работал гармонистом-баянистом, а затем так же неожиданно поступил в Казанское театральное училище.  Все эти события  подарил Айдару Его Величество Случай.

1 декабря 1961 года он начал учиться в театральном училище вместе с Наилем Шайхетдиновым, Халимом Заляловым и Наилем Аюповым. Их мастерами были Ширияздан Сарымсаков (руководитель курса), Габдулла Шамуков, Шаукат Биктемиров, Хусаин Уразиков, Рафкат Бикчантаев, Вахит Хаков, Татьяна Геллер, Анна Гацулина и другие. Но Айдару было суждено оставить учёбу через два года...

Работа концертмейстером в клубе имени Горького при комбинате «Спартак» вместе с композитором Сарой Садыковой в 1963 году, служба в рядах Советской Армии в Польше, возвращение в 1968 году в театральное училище и учеба (с будущей женой Фаридой Ибрагимовой, а также Ильдаром Хайруллиным и Фаритом Мамяшевым), женитьба, работа в филармонии и Передвижном театре, рождение старшей дочери Лейсан в 1969 году, постановка спектакля «Берегись, взорвется!» (по пьесе К.Тинчурина) со студентами Казанского университета в 1970 году, сотрудничество с  известными певцами, как  Ильгам Шакиров, Джавахира Саляхова, артистом Айратом Арслановым, баянистом, композитором Марсом Макаровым, поэтами Равилем Файзуллиным, Зульфатом, Мударрисом Аглямовым, рождение младшей дочери Айсылу в 1974 году – это картины из сокровищницы Её Величества Жизни разносторонне одаренного Айдара Хафизова...

И все же расцвет его служения искусству пришелся на момент работы в Татарском государственном академическом театре имени Галиасгара Камала, куда он  также попал по воле судьбы. Начиная с 1969 года он сыграл более, чем в шестидесяти спектаклях. Кого только он не играл: Гариф («Родная земля», С. Шакуров, 1969), Саяр («Мама приехала», Ш.Хусаинов, 1970), Газраил («Старик из деревни Альдермыш», 1978), Имаметдин (Прости меня, мама», 1979), Ланфредини («У совести вариантов нет», Т.Миннуллин, 1981), Камали («Несчастный юноша», Г.Камал, 1984), Якуб Акчурин («Мы уходим, вы остаетесь», Т. Миннуллин, 1986), Дервиш («В ночь лунного затмения», М. Карим, 1988), Листунов («Конокрад», Т. Миннуллин, 1989), Жихангир хан («Ходжа Насретдин», Н. Исанбет, 1990), Мустафа («Зулейха», Г. Исхаки, 1992), Кадырбирде («Идегэй», Ю. Сафиуллин, 1994), Тимуш («Голубая шаль», К. Тинчурин, 2000), Зайнулла («Женщины 41-го», З.Зайнуллин, 2010), Алтын хан («Принцесса Турандот», К. Гоцци, 2012), Абдельхан («И дольше века длится день», Ч. Айтматов, 2018) и, конечно, образ Иргали в телевизионном спектакле по роману писателя Махмута Хасанова «Весенние зарницы» и нашумевший в татарском мире образ Мухаммадьяра (драматическая поэма «Мухаммадьяр» Фарита Яхина).

О том, как он работал над своими ролями, лучше, чем его коллега по сцене Равиль Шарафиев, наверное, не скажешь: «Самое нужное качество Айдара как артиста – умение не отходить от персонажа и точное его воплощение. Он знает, кого играет. А еще одно важное для артиста качество – глаза. Правильный взгляд, если точнее. Есть артисты, глаза которых ничего не выражают. Он может смотреть на тебя, но не видеть. А в случае с Айдаром встречаешься именно со взглядом, характерным для этого персонажа. В “Ходже Насретдине” я был Ходжой, а он – Ханом. Играем первый спектакль для публики. Я взглянул в глаза Айдару и вздрогнул – на меня хищно смотрел великий и ужасный Хромой Тимер... Айдар – артист, которого должны знать, как татарского Жана Габена!»

Говоря об Айдаре Хафизове, нельзя не упомянуть о его дружбе с народным поэтом Татарстана Равилем Файзуллиным.  В 1999 году им довелось вместе побывать на крыше крымского Чуфуткале в Бахчисарае.  Равиль абый вспоминал: «Мы не родные братья, и родились в разных местах, но близки сильнее родственников. Я думаю, что это идёт от наших далеких предков, родовых корней. Имею в виду происхождение их из одной местности». Так как отец Айдара абый происходил из деревни Черемшан Рыбно-Слободского района, а Равиль Файзуллин родом из деревни Юлсубино этого же района. Как видим, родовые корни Артиста и Поэта связываются на этой земле.

В пору, когда Равиль Файзуллин работал главным редактором журнала «Казан утлары» на протяжении 25 лет, его ровесник Айдар Хафизов был режиссером-постановщиком пяти-шести юбилейных вечеров журнала и нескольких юбилеев самого поэта. Эти вечера проходили на самом высоком уровне. Скажем, один из них, прошедший в 2012 году на сцене театра Камала, был посвящен 80-летию журнала «Казан утлары». Айдар Хафизов был его режиссером, а ваш покорный слуга – автором сценария. Айдар абый не привык работать кое-как, не признавал халтуры, поэтому мы выверяли с ним каждое слово в сценарии, оттачивали всё до совершенства и сумели выдать продукт достойного качества.

В татарской культуре Айдар Хафизов был одним из тех выдающихся людей, которые отличаются своей оригинальной сценической игрой, качественной, осмысленной и плодотворной работой, болеют за свой народ, посвящают ему весь свой талант и все свои силы.

В 2007 году он побывал в хадже со своими знаменитыми современниками Наилем Шайхетдиновым, Идрисом Масгутовым, Юнусом Сафиуллиным, Исламией Махмутовой, Халилем Махмутовым. После этого он стал вести достойный истинного мусульманина образ жизни, заново отстроил свой отчий дом в деревне, занялся пчеловодством, стал ближе к природе, к родной земле, ухаживал за могилами своих родителей и деда, читал там Коран, как внук муэдзина, произносил азан с минарета деревенской мечети. Как жаль, что 13 декабря 2020 года неумолимая смерть унесла от нас в вечность этого великого артиста, татарского Жана Габена, породившего Страну Айдара в мире татарского национального искусства...